Мир тесен

понедельник, 30 декабря 2013 г.

Свершилось! Майдауны занесли в Дом профсоюзов вши, чесотку, ветрянку и туберкулёз




Глава Федерации профсоюзов Украины Юрий Кулик заявляет, что в Доме профсоюзов сложилась очень тяжелая эпидемиологическая ситуация. "Уже официально зафиксированы случаи чесотки, ветрянки, открытой формы туберкулеза и т.д. Наша медсестра из медпункта не выдержала этого и просто сбежала. И больные не едут в больницу, потому что часто у них просто нет документов. А нам говорят, что это все - члены профсоюзов", - сказал Кулик.

Об этом он сказал в интервью "Главкому". Кроме того, он утверждает, что в Доме профсоюзов уже и вши завелись.
"Поэтому президиум проголосовал за то, чтобы не продлевать этот срок договора с Евромайданом. Мы попросили их до 30 декабря освободить помещение, чтобы мы могли провести здесь дегазацию, санитарную обработку", - сказал Кулик.
Напомним, 6 декабря уководство Федерации профсоюзов Украины (ФПУ) обратилось к министру юстиции, министру внутренних дел и председателю Государственной исполнительной службы с просьбой не допустить силового освобождения Дома профсоюзов в Киеве от участников мирной акции.
Позднее председатель ФПУ Кулик единолично, в нарушение норм Устава ФПУ, обратился в органы прокуратуры с представлением о силовом освобождении занятых помещений участниками протестных акций, а также с соответствующими заявлениями выступил на общенациональных телевизионных каналах.

ТЕРАКТЫ В ВОЛГОГРАДЕ: МНЕНИЯ Эксперты ИА REX обсуждают теракт в Волгограде

В понедельник, 30 декабря, в Волгограде произошел еще один взрыв. На этот раз - в троллейбусе у Качинского рынка Волгограда устроил самоподрыв смертник. В результате 15 человек погибли. Еще 15 человек были ранены, среди них — годовалый ребенок. По данным правоохранительных органов, скорее всего - это теракт, который устроил террорист-смертник. Напомним, что за сутки - это уже второй теракт в Волгограде. 29 декабря произошел взрыв в здании вокзала, в результате погибли 16 человек.
Эксперты ИА REX обсуждают теракт в Волгограде. 
Анатолий Вассерман, политконсультант: 
Печальнo, нo неизбежнo: пoбеда мoжет быть дoбыта тoлькo у чужих вoрoт. Как я и предсказывал, oчереднoй террoристический взрыв сoстoялся в трoллейбусе. Причём в тoм же Сталинграде, где пoсле вчерашней диверсии приняты врoде бы все мыслимые и немыслимые меры безoпаснoсти. Массирoванный дoсмoтр — мера пассивнoй защиты, а её всегда мoжнo oбoйти или прoбить. Надo перехoдить к активнoму oтстрелу спoнсoрoв и oрганизаврoв. Где их найти мне пoдсказывают блoгеры в кoмментариях. Вынесенo из кoмментариевРoман 2013-12-29 19:26 Russian Federation, Reutov»: «Нескoлькo раз в течение интервью и в пoследующих выступлениях, перевoдчица ФБР Сибел Эдмoндс гoвoрила oдну и ту же фразу, пoдчёркивая при этoм каждoе слoвo: «За каждым крупным террoристическим актoм в Рoссии с 1996 пo май 2002 гoда стoялo правительствo США». Напoмним, чтo Эдмoндс oграничивает американский террoр прoтив Рoссии маем 2002 гoда лишь пoтoму, чтo считает себя вправе гoвoрить тoлькo на oснoве дoкументoв, к кoтoрым oна имела дoступ дo свoегo увoльнения в мае 2002. Мoжем ли мы заключить, чтo пoсле этoй даты американскoе правительствo решилo oстанoвиться, и чтo oнo не имелo oтнoшения к Дубрoвке и Беслану?…» ««Правительствo США стoит за всеми крупными актами террoра в Рoссии…» O чём рассказала бывшая сoтрудница ФБР Сибела Эдмoндс», «Спецрепoртаж. Пoчему статья в «Санди Таймс» o связях правительства США с аль-Каидoй была oтвергнута?»
Авигдор Эскин, политолог, Израиль: 
Тoлькo чтo я прoвел первичный анализ пoследнегo теракта в Вoлгoграде с двумя oсведoмленными кoллегами в Израиле. Есть oдна рекoмендация рoссийским друзьям. Oна мнoгим не пoнравится, нo едва ли ктo найдет дoстoйную ей альтернативу. Рекoмендация прoстая: взять немедленнo пoд пoлный кoнтрoль всех лиц немусульманскoгo, неаизиатскoгo и некавказскoгo прoисхoждения, принявших ислам. Вoзмoжнo, придется прoвести превентивные аресты. Взяв их в разрабoтку, следует выйти на их близкoе oкружение, кoтoрoе уже будет преимущественнo азиатским или кавказским. Мысли после повторного теракта в Волгограде.
С 1979 гoда и вплoть дo егo гибели в 1990 гoду я был в oчень близких oтнoшениях с oдним из величайших евреев прoшлoгo века, раввинoм Меирoм Кахане. С 1970 гoда пo 1976 oн занимался активнoй бoрьбoй за выезд в Израиль евреев СССР, включавшей в себя oткрoвенный террoр. Этo был "мягкий" террoр, ибo с сoветскoй стoрoны не былo ни oднoгo убитoгo или срьезнo раненoгo, нo были там взрывы, oбстрелы и другие фoрмы нападений. Мoжнo сказать, чтo Кахане вышел пoбедителем из этoй неравнoй бoрьбы. Oн мне мнoгo раз oбъяснял, пoчему выбрал именнo такую тактику. У негo были бoевики, спoсoбные прoвести серию настoящих терактoв. "Никoгда не припирай русских к стенке. Ты мoжешь нападать на них, мoжешь нанoсить удары. Нo дай им всегда выйти из ситуации с дoстoинствoм". Если испoльзoвать язык рава Кахане, тo сейчас русских таки прижали к стенке. Не удивлюсь, если власти решатся на ширoкoмасштабную oперацию пo удалению ракoвoй oпухoли. С другoй стoрoны, в oбществе распрoстраняется СПИД - тoлернтнoсть к пoсoбникам террoристoв - либералам и к представителям террoристoв - Джемалю и Шевченкo.  Зимoй медведь спит. Нo ему придется прoбудиться. Иначе будет уже пoзднo.
Алифтин Тищенко, психолог (Волгоград):
Все прoизoшлo пoчти там же, в центре гoрoда, Дзержинский райoн, недалекo oт Качинскoгo рынка. Ситуация критическая.  Первый, oсенний, теракт был репетицией. Мы не сделали правильных вывoдoв. Каналы прoникнoвения террoристoв не пресечены. Пoлагаю, эта серия терактoв - результат действий oднoй группы, недавнo пoявившейся в гoрoде, и распoлзшаяся пo линиям oбщественнoгo транспoрта. В oпаснoсти метрoтрам, автoбусы, электрички и прoчие крупные средства передвижения. Вoлгoград закрыт наглухo. Знакoмые не мoгут выехать дoмoй из Краснoдара, им прямo гoвoрят - сидите тут, в Вoлгoград вы не дoберетесь.  В мoем райoне пoчти нет пoлиции, тoлькo патрульные машины. Все силы стянуты в центр и на въезды в гoрoд.
Виталий Третьяков, журналист: 
Судя пo всему, лoгика oрганизатoрoв терактoв в Вoлгoграде такoва - вoспoльзoвавшись предпраздичнoй расслабленнoстью, сильнo напугать oбществo и власти. И испoртить праздник. Психoлoгически и пoлитически. Тo есть, скoрее всегo, запланирoван и третий теракт. Завтра или прямo в нoвoгoднюю нoчь. Видимo, уже не в Вoлгoграде, так как там сейчас резкo усилят меры безoпаснoсти. Третий теракт - на пoвышение. И нoвoгoдняя нoчь, и гoрoд крупнее Вoлгoграда. И пoнятнo, чтo всё этo ещё и репетиция перед Сoчи.
Елена Маркосян, журналист:
Сoбытие в Вoлгoграде еще раз актуализирoвалo тему террoра. Запад ведет террoристическую вoйну с русским правoславным мирoм. Террoризм в сoвременнoм егo виде - детище ЦРУ. И я oчень хoчу, чтoбы украинцы знали - западные ценнoсти и террoр сегoдня стали братьями-близнецами (пoмним Ливию, Югoславию и тд). И oчень злoвещим вoспринимается лoзунг нашегo майдана "Сoлидарнoсть прoтив террoризма". O бoрьбе с террoрoм еврoинтегратoры уже сказали, теперь делo за малым - за реальными террoристическими акциями. Разбитые памятники и пoлoманные забoры мoгут быть тoлькo началoм. Друзья, будьте бдительны! Все, ктo берет на вooружение террoр, спoсoбны сoздавать тoлькo диктатуры. Истoрия дает тoму яркoе пoдтверждение.
Саид Гафуров, научный руководитель Института прикладного востоковедения и африканистики: 
Звoнили из арабскoй редакции RT, прoсили прoкoмментирoвать теракты в Вoлгoграде. Спрашивали, пoчему именнo сейчас? Oтветил: прoстo время пришлo - мы ждали этих атак, мы знали и, чтo oни будут, мы прoвoдили кoнтрoперации, и oни ударили.  Нo мы дoлжны пoбедить в этoй вoйне с террoрoм. Мир, oснoванный на запугивании, на страхе - этo oчень скверный мир, и мы не дoлжны oставить егo таким нашим детям. Мы выиграем в этoй вoйне.

воскресенье, 29 декабря 2013 г.

Глупость в законе.

Глупость в законе.
Статья известного экономиста о том, чем опасны идиоты и можно ли с ними бороться. 
Итальянский историк-экономист Карло Чиполла очень основательно подошел к вопросу о природе глупости. Долгие годы исследований привели ученого к тому, что он сформулировал пять универсальных законов, работающих в любом обществе. Оказалось, что глупость сама по себе намного опаснее, чем мы привыкли о ней думать.
Первый закон глупости 
Человек всегда недооценивает количество идиотов, которые его окружают. 
Звучит как размытая банальность и снобизм, но жизнь доказывает его истинность. Как бы вы ни оценивали людей, вы постоянно будете сталкиваться со следующими ситуациями: 
Человек, который всегда выглядел умным и рациональным, оказывается невероятным идиотом; 
Глупцы все время возникают в самых неожиданных местах в самое неподходящее время, чтобы разрушить ваши планы. 
Второй закон глупости 
Вероятность того, что человек глуп, не зависит от других его качеств. 
Годы наблюдений и опытов утвердили меня в мысли, что люди не равны, одни глупы, другие нет, и это качество закладывается природой, а не культурными факторами. Человек является глупцом так же, как он является рыжим или имеет первую группу крови. Он таким родился по воле Провидения, если хотите. 
Образование не имеет ничего общего с вероятностью наличия определенного числа глупцов в обществе. Это подтвердили многочисленные эксперименты в университетах над пятью группами: студенты, офисные служащие, обслуживающий персонал, сотрудники администрации и преподаватели. Когда я анализировал группу низкоквалифицированных сотрудников, число глупцов оказалось большим, чем я ожидал (Первый закон), и я списал это на социальные условия: бедность, сегрегацию, недостаток образования. Но поднимаясь выше по социальной лестнице, то же соотношение я увидел среди белых воротничков и студентов. Еще более впечатляющим оказалось увидеть то же число среди профессуры — брал ли я маленький провинциальный колледж или крупный университет, та же доля преподавателей оказывалась глупцами. Я был так поражен результатами, что решил провести эксперимент над интеллектуальной элитой — Нобелевскими лауреатами. Итог подтвердил суперсилы природы: то же определенное количество лауреатов были глупы. Идею, которую выражает Второй закон, сложно принять, но многочисленные эксперименты подтверждают ее железобетонную правоту. Феминистки поддержат Второй закон, поскольку он гласит, что дур среди женщин не больше, чем дураков среди мужчин. Жители стран третьего мира утешатся тем, что развитые страны не такие уж и развитые. Выводы из Второго закона пугают: станете ли вы вращаться в британском высшем обществе или переедете в Полинезию, подружившись с местными охотниками за головами; заточите ли вы себя в монастыре или проведете остаток жизни в казино в окружении продажных женщин, вам везде придется сталкиваться с таким же количеством идиотов, которое (Первый закон) всегда будет превышать ваши ожидания. 

Третий закон глупости 
Глупец — этот человек, чьи действия ведут к потерям для другого человека или группы людей, и при этом не приносят пользы самому действующему субъекту или даже оборачиваются вредом для него. 
Третий закон предполагает, что все люди делятся на 4 группы: простаки (П), умники (У), бандиты (Б) и глупцы (Г). 
Если Петя предпринимает действие, от которого несет потери и при этом приносит выгоду Васе, то он относится к простакам (зона П). Если Петя делает нечто, что приносит выгоду и ему, и Васе, он умник, потому что действовал умно (зона У). Если действия Пети несут ему выгоду, а Вася от них страдает, то Петя — бандит (зона Б). И наконец, Петя-глупец находится в зоне Г, в минусовой зоне по обеим осям. 
Нетрудно вообразить масштабы урона, который способны нанести дураки, попадая в управленческие органы и обладая политическими и социальными полномочиями. Но отдельно стоит уточнить, что именно делает дурака опасным. 
Глупые люди опасны потому, что рациональные люди с трудом могут представить логику неразумного поведения. Умный человек способен понять логику бандита, потому что бандит рационален — он всего лишь хочет получить больше благ и при этом недостаточно умен, чтобы заработать их. Бандит предсказуем, потому против него можно выстроить защиту. Спрогнозировать действия глупца невозможно, он навредит вам без причины, без цели, без плана, в самом неожиданном месте, в самое неподходящее время. У вас нет способов предугадать, когда идиот нанесет удар. В конфронтации с дураком умный человек полностью отдает себя на милость дурака, рандомного создания без понятных умнику правил. 
Атака глупца обычно застает врасплох.  
 
Даже когда атака становится очевидной, от нее сложно защититься, потому что она не имеет рациональной структуры. 
Это то, о чем писал Шиллер: «Против глупости бессильны даже боги». 
Четвертый закон глупости 
Не-глупцы всегда недооценивают разрушительный потенциал глупцов. 
В частности, не-глупцы постоянно забывают о том, что иметь дело с дураком, в любой момент времени, в любом месте и при любых обстоятельствах — означает совершать ошибку, которая дорого обойдется в будущем. 
Простаки из зоны П обычно не способны распознать опасность дураков из зоны Г, что неудивительно. Удивительно как раз то, что глупцов также недооценивают и умники, и бандиты. В присутствии глупца они расслабляются и наслаждаются своим интеллектуальным превосходством, вместо того, чтобы срочно мобилизироваться и минимизировать ущерб, когда дурак что-нибудь выкинет. 

Распространенный стереотип — что дурак вредит лишь самому себе. Нет. Не нужно путать дураков с беспомощными простаками. Никогда не вступайте в альянс с дураками, воображая, что можете использовать их ради своей выгоды — если вы так поступите, то очевидно, что вы не понимаете природы глупости. Так вы сами предоставляете дураку поле, на котором он может разгуляться и нанести больший урон. 

Пятый закон глупости 
Глупец — самый опасный тип личности. 
Следствие: 
Глупец опаснее, чем бандит. 
Результат действий идеального бандита — простой переход благ от одного человека к другому. Обществу в целом от этого ни холодно ни жарко. Если бы все члены этого социума были идеальными бандитами, оно бы тихо гнило, но катастрофы бы не случилось. Вся система сводилась бы к трансферу богатств в пользу тех, кто предпринимает ради этого действия, и поскольку идеальными бандитами были бы все, система наслаждалась бы стабильностью. Это легко видеть на примере любой страны, где власти коррумпированы, а граждане постоянно обходят законы. 
Когда на сцену выходят дураки, картина полностью меняется. Они наносят урон, не извлекая выгоды. Блага уничтожаются, общество беднеет. 
История подтверждает, что в любой период страна прогрессирует тогда, когда у власти находится достаточно умных людей, чтобы сдерживать активных дураков и не давать им разрушить то, что умники произвели. В регрессирующей стране дураков столько же, однако среди верхушки наблюдается рост доли глупых бандитов, а среди остального населения — наивных простаков. Такая смена расклада неизменно усиливает деструктивные последствия действий дураков, и вся страна катится к чертям. 

К новогодним праздникам)


operkor-Есть ли в США российский мафиозный «братский круг»?


1Термин «братский круг», которым администрация США обозначает верхушку российской оргпреступности, продолжает приводить в недоумение как американских неправительственных экспертов, так и бывших сотрудников ФБР, специализировавшихся на борьбе с «русским» криминалом. Вячеслав Иваньков по кличке Япончик с супругой Фаиной Комиссар у здания Мосгорсуда в июле 2005 года.
Впервые этот термин громко прозвучал в июле прошлого года, когда администрация Барака Обамы объявила о новых мерах против транснациональной организованной преступности.
Меры включали замораживание авуаров ее деятелей, отказ им во въезде в США и запрет на коммерческие операции между ними и американцами. Среди четырех организаций, подлежавших санкциям, был российский «братский круг». Власти США называют также его синонимы: «Семья одиннадцати» и «Двадцатка».
«Я не нашел в российских правоохранительных органах или еще где-либо ни одного человека, который бы сказал: «Да, братский круг – это реально существующая организация», — заявил журналистам профессор Нью-йоркского университета Марк Галеотти, специализирующийся на русской и евразийской преступности.
По его словам, объявляя санкции против членов некоего «братского круга», американский минфин пользуется «мифическим, или на 99% мифическим названием».
Мафиозное «политбюро»?
Бывший киевлянин Леонид Ройтман, досиживающий сейчас в США последние дни своего тюремного срока за попытку «заказать» убийство киевских миллионеров братьев Константиновских, известных среди своих как «братья Карамазовы», заявил мне по телефону, что ему попадался термин «братский круг», но это было давно.
Ройтман входил в так называемую «бригаду Магадана», совершившую в США серию заказных убийств, и был членом американского окружения Вячеслава Иванькова, или Япончика.
С другой стороны, бывший россиянин, являвшийся членом одной из моcковских ОПГ и близким соратником Япончика в его американский период и просивший не называть его имени, сказал мне, что ни разу не слышал упоминаний ни о «братском круге», ни о его синонимах.
В российской печати выдвигалась версия происхождения термина «Семья одиннадцати», согласно которой речь шла о списке 11 видных деятелей оргпреступности, изъятом ФБР во время обыска у Иванькова.
Агентство «Росбалт», например, поместило статью Юрия Вершова, который пишет, что, переехав в 1992 году в США, Япончик «постоянно встречался и созванивался со своими криминальными приятелями и пытался создать нечто вроде мафиозного «политбюро» — клана самых влиятельных гангстеров, которые бы определяли дальнейшие направления деятельности преступного мира».
По словам автора, «в так называемую «Семью одиннадцати» тогда вошли сам Япончик, «воры в законе» Сергей Бойцов (Боец), Алексей Петров (Петрик), Евгений Васин (Джем), Аслан Усоян (Дед Хасан), Захарий Калашов (Шакро-молодой), Джемал Хачидзе (Джемал), Датико Цихелашвили (Дато Ташкентский), а также «авторитеты» Салим Абдувалиев (Салим), Алимжан Тохтахунов (Тайваньчик) и Сергей Тимофеев (Сильвестр)».
Один из курировавших Япончика следователей ФБР сказал мне, что ничего такого не помнит, и термин «Семья одиннадцати» ему незнаком. Он, однако, слышал термин «братский круг», хотя не уверен в его происхождении.
Organizatsiya из начала 90-х
«Мы могли взять его из оперативных документов в тот ранний период, когда ФБР начало заниматься русской организованной преступностью, — говорит мой собеседник, пожелавший отстаться неназванным. – Но нам могли сообщить его российские менты, или просто обронить, и термин привился».
По его словам, в начале 1990-х годов, когда ФБР было приказано всерьез заняться «русской мафией», оно очень слабо разбиралось в этой теме. В его нью-йоркском отделении проделки русскоязычных преступников называли между собой аббревиатурой Turds (экскременты) от twisted unfathomable Russian deals, то есть «запутанные непостижимые русские дела».
ФБР не могло пользоваться этим жаргонным термином в официальных документах, тогда как «братский круг» звучал солидно и впечатляюще.
«Это был условный термин, обозначавший группу воров, работавших сообща, — вспоминает его бывший следователь, пожелавший остаться неназванным. – Но это не была какая-то конкретная преступная организация, носившая такое имя. Насколько я припоминаю, когда в России происходили сходки видных воров в законе, об их участниках говорили как о «братском круге».
«Вы знаете, менты любят хлесткие названия, — улыбнулся мой собеседник. – Как американские, так и российские. Они помогают нам заручаться поддержкой и финансированием. У людей богатое воображение, и они любят давать явлениям яркие имена».
Указанные термины никогда не попадались мне в судебных документах, но их популяризировали пишущие о русской оргпреступности американские журналисты, прежде всего автор «Красной мафии» покойный Роберт Фридман.
С его легкой руки также получил распространение зловещий термин Organizatsiya, которым якобы величала себя русская мафия в Америке. Это название не намного пережило Фридмана, скончавшегося в 2002 году.
Возможно, объявляя в этом году санкции против семи «ключевых членов или сообщников» «братского круга» (Владислава Леонтьева, Василия Христофорова, Камчибека Кольбаева, Гафира Рахимова, Лазаря Шайбазяна, Александра Мануйлова и Алексея Зайцева), правительство США по инерции сгруппировало их в организацию, чье имя профессор Галеотти называет «мифическим».

«Я ВЫСТРЕЛИЛ СЕБЕ В НОГУ ЧЕРЕЗ БУХАНКУ ХЛЕБА». Заметки Гельмута Клауссена, унтер-офицера 111-й пехотной дивизии Вермахта


c4.th Я начал служить в июне 41-го года. Но я тогда был не совсем военным. Мы назывались вспомогательной частью и до ноября я, будучи шофёром, ездил в треугольнике Вязьма – Гжатск — Орша. В нашем подразделении были немцы и русские перебежчики. Они работали грузчиками. Мы возили боеприпасы, продовольствие.
 Вообще перебежчики были с обеих сторон, и на протяжении всей войны. К нам перебегали русские солдаты и после Курска. И наши солдаты к русским перебегали. Помню, под Таганрогом два солдата стояли в карауле, и ушли к русским, а через несколько дней, мы услышали их обращение по радиоустановке с призывом сдаваться. Я думаю, что обычно перебежчиками были солдаты, которые просто хотели остаться в живых.
Перебегали обычно перед большими боями, когда риск погибнуть в атаке пересиливал чувство страха перед противником. Мало кто перебегал по убеждениям и к нам, и от нас. Это была такая попытка выжить в этой огромной бойне. Надеялись, что после допросов и проверок тебя отправят куда-нибудь в тыл, подальше от фронта. А там уж жизнь как-нибудь образуется.
 Потом меня отправили в учебный гарнизон под Магдебургом в унтер-офицерскую школу, и после неё и весной 42-го года я попал служить в 111-ю пехотную дивизию под Таганрог. Я был небольшим командиром, большой военной карьеры не сделал. В русской армии моему званию соответствовало звание сержанта. Мы сдерживали наступление на Ростов. Потом нас перекинули на Северный Кавказ, потом я был ранен, и после ранения на самолёте меня перебросили в Севастополь. И там нашу дивизию практически полностью уничтожили.
 В 43-м году под Таганрогом я получил ранение. Меня отправили лечиться в Германию, и через пять месяцев я вернулся обратно в свою роту. В немецкой армии была традиция — раненых возвращать в своё подразделение, и почти до самого конца войны это было так. Всю войну я отвоевал в одной дивизии. Я думаю, это был один из главных секретов стойкости немецких частей. Мы в роте жили как одна семья. Все были на виду друг у друга, все хорошо друг друга знали и могли доверять друг другу, надеяться друг на друга.
 Раз в год солдату полагался отпуск, но после осени 43-го года всё это стало фикцией. И покинуть своё подразделение можно было только по ранению или в гробу.
 поле мертвоеУбитых хоронили по-разному. Если было время и возможность, то каждому полагалась отдельная могила и простой гроб. Но если бои были тяжёлыми и мы отступали, то закапывали убитых кое-как. В обычных воронках из под снарядов, завернув в плащ-накидки, или брезент. В такой яме за один раз хоронили столько человек, сколько погибло в этом бою и могло в неё поместиться. Ну, а если бежали – то вообще было не до убитых.
 Наша дивизия входила в 29-й армейский корпус и вместе с 16-й (кажется!) моторизованной дивизией составляла армейскую группу «Рекнаге». Все мы входили в состав группы армий «Южная Украина».
Как мы видели причины войны. Немецкая пропаганда.
 В начале войны главным тезисом пропаганды, в которую мы верили, был тезис о том, что Россия готовилась нарушить договор и напасть на Германию первой. Но мы просто оказались быстрее. В это многие тогда верили и гордились, что опередили Сталина. Были специальные газеты фронтовые, в которых очень много об этом писали. Мы читали их, слушали офицеров и верили в это.
 1Но потом, когда мы оказались в глубине России и увидели, что военной победы нет, и что мы увязли в этой войне, то возникло разочарование. К тому же мы уже много знали о Красной армии, было очень много пленных, и мы знали, что русские сами боялись нашего нападения и не хотели давать повод для войны.
 Тогда пропаганда стала говорить, что теперь мы уже не можем отступить, иначе русские на наших плечах ворвутся в Рейх. И мы должны сражаться здесь, чтобы обеспечить условия для достойного Германии мира. Многие ждали, что летом 42-го Сталин и Гитлер заключат мир. Это было наивно, но мы в это верили. Верили, что Сталин помирится с Гитлером, и они вместе начнут воевать против Англии и США. Это было наивно, но солдатом хотелось верить.
 Каких-то жёстких требований по пропаганде не было. Никто не заставлял читать книги и брошюры. Я так до сих пор и не прочитал «Майн камф». Но следили за моральным состоянием строго. Не разрешалось вести «пораженческих разговоров» и писать «пораженческих писем». За этим следил специальный «офицер по пропаганде». Они появились в войсках сразу после Сталинграда. Мы между собой шутили и называли их «комиссарами».
Но с каждым месяцем всё становилось жёстче. Однажды в нашей дивизии расстреляли солдата, который написал домой «пораженческое письмо», в котором ругал Гитлера. А уже после войны я узнал, что за годы войны за такие письма было расстреляно несколько тысяч солдат и офицеров! Одного нашего офицера разжаловали в рядовые за «пораженческие разговоры». Особенно боялись членов НСДАП. Их считали стукачами, потому, что они были очень фанатично настроены и всегда могли подать на тебя рапорт по команде. Их было не очень много, но им почти всегда не доверяли.
 2Отношение к местному населению, к русским, белорусам было сдержанное и недоверчивое, но без ненависти. Нам говорили, что мы должны разгромить Сталина, что наш враг — это большевизм. Но, в общем, отношение к местному населению было правильно назвать «колониальным». Мы на них смотрели в 41-ом как на будущую рабочую силу на территориях, которые станут нашими колониями.
 К украинцам относились лучше. Потому, что украинцы встретили нас очень радушно. Почти как освободителей. Украинские девушки легко заводили романы с немцами. В Белоруссии и России это было редкостью.
 На обычном человеческом уровне были и контакты. На Северном Кавказе я дружил с азербайджанцами, которые служили у нас вспомогательными добровольцами (хиви). Кроме них в дивизии служили черкесы и грузины. Они часто готовили шашлыки и другие блюда кавказской кухни. Я до сих пор эту кухню очень люблю. Сначала их брали мало. Но после Сталинграда их с каждым годом становилось всё больше. И к 44-му году они были отдельным большим вспомогательным подразделением в полку, но командовал ими немецкий офицер. Мы за глаза их звали «Шварце» — чёрные.
 Нам объясняли, что относиться к ним надо, как боевым товарищам, что это наши помощники. Но определённое недоверие к ним, конечно, сохранялось. Их использовали только как обеспечивающих солдат. Они были вооружены и экипированы хуже.
 Иногда я общался и с местными людьми. Ходил к некоторым в гости. Обычно к тем, кто сотрудничал с нами или работал у нас.
 Партизан я не видел. Много слышал о них, но там, где я служил, их не было. На Смоленщине до ноября 41-го партизан почти не было. А на Северном Кавказе я вообще о них не слышал. Там степи – места для партизан гибельные. Мы от них не страдали.
 К концу войны отношение к местному населению стало безразличным. Его словно бы не было. Мы его не замечали. Нам было не до них. Мы приходили, занимали позицию. В лучшем случае, командир мог сказать местным жителям, чтобы они убирались подальше, потому, что здесь будет бой. Нам было уже не до них. Мы знали, что отступаем. Что всё это уже не наше. Никто о них не думал…
 Об оружии.
 Главным оружием роты были пулемёты. Их в роте было 4 штуки. Это было очень мощное и скорострельное оружие. Нас они очень выручали. Основным оружием пехотинца был карабин. Его уважали больше чем автомат. Его называли «невеста солдата». Он был дальнобойным и хорошо пробивал защиту. Автомат был хорош только в ближнем бою. В роте было примерно 15-20 автоматов. Мы старались добыть русский автомат ППШ. Его называли «маленький пулемёт». В диске было, кажется, 72 патрона, и при хорошем уходе это было очень грозное оружие. Ещё были гранаты и маленькие миномёты.
 пулеметЕщё были снайперские винтовки. Но не везде. Мне под Севастополем выдали снайперскую русскую винтовку Симонова. Это было очень точное и мощное оружие. Вообще, русское оружие ценилось за простоту и надёжность. Но оно было очень плохо защищено от коррозии и ржавчины. Наше оружие было лучше обработано.
 Однозначно русская артиллерия намного превосходила немецкую. Русские части всегда имели хорошее артиллерийское прикрытие. Все русские атаки шли под мощным артиллерийским огнём. Русские очень умело маневрировали огнём, умели его мастерски сосредотачивать. Отлично маскировали артиллерию.
Танкисты часто жаловались, что русскую пушку увидишь только тогда, когда она уже по тебе выстрелила. Вообще, надо было раз побывать под русским артобстрелом, чтобы понять, что такое русская артиллерия. Конечно, очень мощным оружием был «шталин орган» — реактивные установки. Особенно, когда русские использовали снаряды с зажигательной смесью. Они выжигали до пепла целые гектары.
 О русских танках
 Нам много говорили о Т-34. Что это очень мощный и хорошо вооружённый танк. Я впервые увидел Т-34 под Таганрогом. Двух моих товарищей назначили в передовой дозорный окоп. Сначала назначили меня с одним из них, но его друг попросился вместо меня пойти с ним. Командир разрешил.
танкА днём перед нашими позициями вышло два русских танка Т-34. Сначала они обстреливали нас из пушек, а потом, видимо, заметив передовой окоп, пошли на него, и там один танк просто несколько раз развернулся на нём, и закопал их обоих заживо. Потом они уехали.
 Мне повезло, что русские танки я почти не встречал. На нашем участке фронта их было мало. А вообще у нас, пехотинцев всегда была танкобоязнь перед русскими танками. Это понятно. Ведь мы перед этими бронированными чудовищами были почти всегда безоружны. И если не было артиллерии сзади, то танки делали с нами что хотели.
 О штурмовиках.
 Мы их называли «Русише штука». В начале войны мы их видели мало. Но уже к 43-му году они стали очень сильно нам досаждать. Это было очень опасное оружие. Особенно для пехоты. Они летали прямо над головами и из своих пушек поливали нас огнём. Обычно русские штурмовики делали три захода. Сначала они бросали бомбы по позициям артиллерии, зениток или блиндажам.штурмовикПотом пускали реактивные снаряды, а третьим заходом они разворачивались вдоль траншей и из пушек убивали всё в них живое. Снаряд, взрывавшийся в траншее, имел силу осколочной гранаты и давал очень много осколков. Особенно угнетало, то, что сбить русский штурмовик из стрелкового оружия было почти невозможно, хотя летал он очень низко.
 О ночных бомбардировщиках По-2 я слышал. Но сам лично с ними не сталкивался. Они летали по ночам и очень метко кидали маленькие бомбы и гранаты. Но это было скорее психологическое оружие, чем эффективное боевое.
 Но вообще, авиация у русских была, на мой взгляд, достаточно слабой почти до самого конца 43-го года. Кроме штурмовиков, о которых я уже говорил, мы почти не видели русских самолётов. Бомбили русские мало и не точно. И в тылу мы себя чувствовали совершенно спокойно.
 Учёба.
 В начале войны учили солдат хорошо. Были специальные учебные полки. Сильной стороной подготовки было то, что в солдате старались развить чувство уверенности в себе, разумной инициативы. Но было очень много бессмысленной муштры. Я считаю, что это минус немецкой военной школы. Слишком много бессмысленной муштры. Но после 43-го года учить стали всё хуже. Меньше времени давали на учёбу и меньше ресурсов.
В 44-м году стали приходить солдаты, которые даже стрелять толком не умели, но зато хорошо маршировали, потому, что патронов на стрельбы почти не давали, а вот строевые фельдфебели с ними занимались с утра и до вечера. Хуже стала и подготовка офицеров. Они уже ничего, кроме обороны не знали и, кроме как правильно копать окопы, ничего не умели. Успевали только воспитать преданность фюреру и слепое подчинение старшим командирам.
 Еда. Снабжение.
 Кормили на передовой неплохо. Но во время боёв редко было горячее. В основном ели консервы.  Обычно утром давали кофе, хлеб, масло (если было), колбасу или консервированную ветчину. В обед – суп, картофель с мясом или салом. На ужин каша, хлеб, кофе.
окопыНо часто некоторых продуктов не было. И вместо них могли дать печенье или, к примеру, банку сардин. Если часть отводили в тыл, то питание становилось очень скудным. Почти впроголодь. Питались все одинаково. И офицеры, и солдаты ели одну и ту же еду.
Я не знаю, как питались генералы – не видел, но в полку все питались одинаково. Рацион был общий. Но питаться можно было только у себя в подразделении. Если ты оказывался по какой-то причине в другой роте или части, то ты не мог пообедать у них в столовой. Таков был закон. Поэтому при выездах полагалось получать паёк.
 А вот у румын было целых четыре кухни. Одна — для солдат. Другая — для сержантов. Третья — для офицеров. А у каждого старшего офицера, у полковника и выше — был свой повар, который готовил ему отдельно. Румынская армия была самая деморализованная. Солдаты ненавидели своих офицеров. А офицеры презирали своих солдат. Румыны часто торговали оружием. Так у наших «чёрных» («хиви») стало появляться хорошее оружие. Пистолеты и автоматы. Оказалось, что они покупали его за еду и марки у соседей — румын…
 Об СС
 Отношение к СС было неоднозначным. С одной стороны они были очень стойкими солдатами. Они были лучше вооружены, лучше экипированы, лучше питались. Если они стояли рядом, то можно было не бояться за свои фланги. Но, с другой стороны, они несколько свысока относились к Вермахту. Кроме того, их не очень любили из-за крайней жестокости. Они были очень жестоки к пленным и к мирному населению. И стоять рядом с ними было неприятно. Там часто убивали людей. Кроме того, это было и опасно. Русские, зная о жестокости СС к мирному населению и пленным, эсэсовцев в плен не брали. И во время наступления на этих участках мало кто из русских разбирался, кто перед тобой эссэман или обычный солдат вермахта. Убивали всех. Поэтому за глаза СС иногда называли «покойниками».
 Помню, как в ноябре 42 года мы однажды вечером украли у соседнего полка СС грузовик. Он застрял на дороге, и его шофёр ушёл за помощью к своим, а мы его вытащили, быстро угнали к себе и там перекрасили, сменили знаки различия. Они его долго искали, но не нашли. А для нас это было большое подспорье. Наши офицеры, когда узнали — очень ругались, но никому ничего не сказали. Грузовиков тогда оставалось очень мало, а передвигались мы в основном пешком.  И это тоже показатель отношения. У своих (Вермахта) наши бы никогда не украли. Но эсэсовцев недолюбливали.
 Солдат и офицер
 В Вермахте всегда была большая дистанция между солдатом и офицером. Они никогда не были с нами одним целым. Несмотря на то, что пропаганда говорила о нашем единстве. Подчёркивалось, что мы все «камрады», но даже взводный лейтенант был от нас очень далёк. Между ним и нами стояли ещё фельдфебели, которые всячески поддерживали дистанцию между нами и ими, фельдфебелями. И уж только за ними были офицеры.
Офицеры обычно с нами, солдатами, общались очень мало. В основном, всё общение с офицером шло через фельдфебеля. Офицер мог, конечно, спросить что-то у тебя или дать тебе какое-то поручение напрямую, но повторюсь – это было редко. Всё делалось через фельдфебелей. Они были офицеры, мы были солдаты, и дистанция между нами была очень большой.
 Ещё большей эта дистанция была между нами и высшим командованием. Мы для них были просто пушечным мясом. Никто с нами не считался и о нас не думал. Помню в июле 43-го, под Таганрогом я стоял на посту около дома, где был штаб полка, и в открытое окно услышал доклад нашего командира полка какому-то генералу, который приехал в наш штаб.
Оказывается, генерал должен был организовать штурмовую атаку нашего полка на железнодорожную станцию, которую русские заняли и превратили в мощный опорный пункт. И после доклада о замысле атаки наш командир сказал, что планируемые потери могут достигнуть тысячи человек убитыми и ранеными, а это почти 50% численного состава полка. Видимо командир хотел этим показать бессмысленность такой атаки. Но генерал сказал:
 - Хорошо! Готовьтесь к атаке. Фюрер требует от нас решительных действий во имя Германии. И эта тысяча солдат погибнет за фюрера и Фатерлянд!
солдаты и генералы И тогда я понял, что мы для этих генералов никто! Мне стало так страшно, что это сейчас невозможно передать. Наступление должно было начаться через два дня. Об этом я услышал в окно и решил, что должен любой ценой спастись. Ведь тысяча убитых и раненых — это почти все боевые подразделения. То есть шансов уцелеть в этой атаке у меня почти не было.
И на следующий день, когда меня поставили в передовой наблюдательный дозор, который был выдвинут перед нашими позициями в сторону русских, я задержался, когда пришёл приказ отходить. А потом, как только начался обстрел, выстрелил себе в ногу через буханку хлеба (при этом не возникает порохового ожога кожи и одежды) так, что бы пуля сломала кость, но прошла навылет.
Потом я пополз к позициям артиллеристов, которые стояли рядом с нами. Они в ранениях понимали мало. Я им сказал, что меня подстрелил русский пулемётчик. Там меня перевязали, напоили кофе, дали сигарету и на машине отправили в тыл. Я очень боялся, что в госпитале врач найдёт в ране хлебные крошки, но мне повезло. Никто ничего не заметил. Когда через пять месяцев в январе 1944-го года я вернулся в свою роту, то узнал, что в той атаке полк потерял девятьсот человек убитыми и ранеными, но станцию так и не взял…
Вот так к нам относились генералы! Поэтому, когда меня спрашивают, как я отношусь к немецким генералам, кого из них ценю как немецкого полководца, я всегда отвечаю, что, наверное, они были хорошими стратегами, но уважать их мне совершенно не за что. В итоге они уложили в землю семь миллионов немецких солдат, проиграли войну, а теперь пишут мемуары о том, как здорово воевали и как славно побеждали.
 Самый трудный бой
 После ранения меня перекинули в Севастополь, когда русские уже отрезали Крым. Мы летели из Одессы на транспортных самолётах большой группой и прямо у нас на глазах русские истребители сбили два самолёта, битком набитых солдатами. Это было ужасно! Один самолёт упал в степи и взорвался, а другой упал в море и мгновенно исчез в волнах. Мы сидели и бессильно ждали, кто следующий. Но нам повезло – истребители улетели. Может быть, у них кончалось горючее или закончились патроны. В Крыму я отвоевал четыре месяца.
 И там, под Севастополем, был самый трудный в моей жизни бой. Это было в первых числах мая, когда оборона на Сапун горе уже была прорвана, и русские приближались к Севастополю.
 Остатки нашей роты – примерно тридцать человек — послали через небольшую гору, чтобы мы вышли атакующему нас русскому подразделению во фланг. Нам сказали, что на этой горе никого нет. Мы шли по каменному дну сухого ручья и неожиданно оказались в огненном мешке. По нам стреляли со всех сторон.
жертвыМы залегли среди камней и начали отстреливаться, но русские были среди зелени – их было не видно, а мы были как на ладони, и нас одного за другим убивали. Я не помню, как, отстреливаясь из винтовки, я смог выползти из-под огня. В меня попало несколько осколков от гранат. Особенно досталось ногам. Потом я долго лежал между камней и слышал, как вокруг ходят русские.
Когда они ушли, я осмотрел себя и понял, что скоро истеку кровью. В живых, судя по всему, я остался один. Очень много было крови, а у меня ни бинта, ничего! И тут я вспомнил, что в кармане френча лежат презервативы. Их нам выдали по прилёту вместе с другим имуществом. И тогда я из них сделал жгуты, потом разорвал рубаху и из неё сделал тампоны на раны и притянул их этими жгутами, а потом, опираясь на винтовку и сломанный сук, стал выбираться.  Вечером я выполз к своим.
 В Севастополе уже полным ходом шла эвакуация из города, русские с одного края уже вошли в город, и власти в нём уже не было никакой. Каждый был сам за себя.  Я никогда не забуду картину, как нас на машине везли по городу, и машина сломалась. Шофёр взялся её чинить, а мы смотрели через борт вокруг себя.
Прямо перед нами на площади несколько офицеров танцевали с какими-то женщинами, одетыми цыганками. У всех в руках были бутылки вина. Было какое-то нереальное чувство. Они танцевали как сумасшедшие. Это был пир во время чумы.
 Меня эвакуировали с Херсонеса вечером 10-го мая уже после того, как пал Севастополь. Я не могу вам передать, что творилось на этой узкой полоске земли. Это был ад! Люди плакали, молились, стрелялись, сходили с ума, насмерть дрались за место в шлюпках.
Когда я прочитал где-то мемуары какого-то генерала-болтуна, который рассказывал о том, что с Херсонеса мы уходили в полном порядке и дисциплине, и что из Севастополя были эвакуированы почти все части 17-й  армии, мне хотелось смеяться. Из всей моей роты в Констанце я оказался один! А из нашего полка оттуда вырвалось меньше ста человек! Вся моя дивизия легла в Севастополе. Это факт!
 Мне повезло потому, что мы — раненые лежали на понтоне, прямо к которому подошла одна из последних самоходных барж, и нас первыми загрузили на неё.
 КрымНас везли на барже в Констанцу. Всю дорогу нас бомбили и обстреливали русские самолёты. Это был ужас. Нашу баржу не потопили, но убитых и раненых было очень много. Вся баржа была в дырках. Чтобы не утонуть, мы выбросили за борт всё оружие, амуницию, потом всех убитых и всё равно, когда мы пришли в Констанцу, то в трюмах мы стояли в воде по самое горло, а лежачие раненые все утонули.
Если бы нам пришлось идти ещё километров 20, мы бы точно пошли ко дну! Я был очень плох. Все раны воспалились от морской воды. В госпитале врач мне сказал, что большинство барж было наполовину забито мертвецами. И что нам, живым, очень повезло.
 Там, в Констанце, меня направили в госпиталь и на войну уже больше не попал.

if you were offended with no reason go back and create the reason


суббота, 28 декабря 2013 г.

Белый Детройт, похороненный чёрными





Американский эксперимент по приобщению туземного населения к цивилизованному образу жизни начал давать свои очередные плоды. Первые были – наркотики, преступность, безработица. Это, кстати, то, что сейчас творится в России конечностями огромного числа мигрантов.
Американцы теперь уже наверняка доигрались. Допустив афроамериканца к президентскому посту, они в очередной раз прогнулись перед афроамериканцами, но заплатили, как теперь уже становится ясно, судьбой своей страны, жизнью своих детей и внуков.
Белый Детройт, похороненный чёрными
  • 30
  • 10
  • 11
  • 2
  • 37
Сегодняшний Детройт.

США ускоренно умирают. Применительно к тому состоянию, в котором они сегодня находятся, можно сказать и более резко – издыхают.
Федеральное правительство отстранилось от проблем Детройта, который объявил о крупнейшем в истории США муниципальном банкротстве. А вице-президент США Джозеф Байден, всё ещё непонимаючи, порассуждал об этом преступлении против цивилизации: «Можем ли мы помочь Детройту? Мы сейчас именно это детально обсуждаем, в четверг у нас была встреча, на который нас проинформировали о статусе /бывшей автомобилестроительной столицы США/. На данном этапе мы не знаем».
Вот именно так: Детройт был столицей автомобилестроительной индустрии США. После того, как белое население отдало эту самую промышленность туземцам, в дома белых пришли чернота и нищета.
С конца 50-х годов 20-го века окраины Детройта стали стремительно наполняться афроамериканцами. Среди чернокожих процветала преступность. В результате Детройт быстро приобрел дурную славу как один из самых «чёрных» и опасных городов США. В это время в США отменили расовую сегрегацию. В результате чернокожие стали терроризировать белое население. В 1967 году афроамериканцы устроили широкомосштабную резню белых.
  • 2
  • 37

Экс-мэр Детройта.

Белое население вынуждено было покинуть Детройт. Ещё в 2005 году в Детройте проживало 11% белого населения, и уже 82% составляли чёрные. Сегодня в Детройте белый человек – редкость. Из 1,8 миллиона в начале 1950-х население сократилось до 700 тысяч к 2012 г. и состояло преимущественно из туземных тунеядцев, живущих на пособия и занимающихся преступностью.
Детройт занимает показательное первое место африканской антицивилизации – как самый разрушенный город США. Вдобавок к массовому исходу белого населения, чёрные создали преступную традицию – «Ночь Дьявола». Это негритянский «обычай» поджигать и уничтожать части города в ночь перед праздником Хэллоуин. Этот «обычай» перекинулся и на другие города.
Огромное небелое население, в комбинации с ежегодными поджогами, банкротством и преступностью, превратили Детройт в руины сравнимые с руинами древних цивилизаций. Причина и в древности, и сегодня одна и та же: замена белого цивилизованного населения, небелым нецивилизованным  населением.
Белый Детройт, похороненный чёрными
  • 2
  • 37

Экс-мэр Детройта.

Детройт из процветающего белого города превратился в преступный и бедный чёрный отстойник, существующий за счёт правительственных дотаций, помощи и откупных, раздаваемых корпорациями в духе «искупления грехов перед неграми».
Попытка искупления обернулась эскалацией преступности: чем больше становилось негров, тем выше становилась преступность. И, как следствие, массовый отток белого населения из города. Главными факторами, вынудившими белых покидать свои насиженные места, были бытовое насилие на улицах и в школах, где учились их дети. В результате преступного насаждения властями США толерантности и интеграции, негров стали привозить из дальних частей города в белые районы и школы. Там негры нападали на прохожих, убивали, грабили, избивали белых детей в школах. Власти разрешали неграм любые преступления. А любые ответные акции белых в свою защиту расценивались как расизм и жестоко карались судами.
Как это напоминает ситуацию в современной России – жуть берёт! Только российскими «неграми» стали мигранты, навезённые в страну преступниками от власти, и кавказцы, амнистированные из бандформирований и специально привезённые разрушителями русской цивилизации прямо в центр России, в Москву.
Белый Детройт, похороненный чёрными
  • 2
  • 37


Между тем, в умирающем разграбленном неграми Детройте чёрный расизм и сегодня дыряво ощерился своими грязными красками. Вот, например, магазин крепких спиртных напитков в Детройте. Невзирая на закон на магазине красуется расистская надпись «black owned» (только для чёрных). За надписи «только для белых» в «толерантных США – тюрьма.
В результате оттока белого цивилизованного населения целые районы Детройта оказались пустынными. Небоскрёбы, заводы, жилые кварталы стоят заброшенные и разрушаются от времени и «black owned»-вандализма. Большинство зданий стоят с разбитыми стеклами, а из их стен прорастают деревья.
Прежнего мэра Детройта Квэйма Килпатрика суд присяжных в США признал виновным по 24 из 30 пунктов обвинения в превышении должностных полномочий с целью обогащения, а также в вымогательстве, что предусматривает наказание до 20 лет лишения свободы.
Задолженности Детройта составляют примерно 17-20 млрд долларов. В основном, это суммы, выплачиваемые афроамериканцам в качестве пособий. Белые люди подумали, что, откупившись от неспособных к цивилизованному труду элементов, они обеспечат себя работой. Но от миллионов тунеядцев откупиться удалось только потерей цивилизации.
Президент США Барак Обама не стал рассматривать ситуацию с Детройтом. Ему не за чем. Разрушив один город, афроамериканцы сами переберутся в другой, и помощь президента им не нужна. А город Детройт Обаму не интересует – чёрный президент не совсем в курсе, что такое построить цивилизацию.
Белый Детройт, похороненный чёрными
  • 2
  • 37

«Вчерашний» Детройт.

Флинт, Детройт и Окленд возглавили список наиболее опасных американских городов. По официальным данным переписи населения за 2000 год цветное население Нью-Йорка составляет 44% и занимает центр города. Цветное население Чикаго составляет 68% и занимает центр города. Цветное население Вашингтона составляет 60%. Цветное население Сент-Луиса составляет 57%...
Ещё в апреле 2006 года белый студент Нью-Йоркского университета был просто так, ради развлечения убит в Гарлеме подростками неграми. Они развлекались: гнались за ним и кричали «хватай белого»…

Евдокия Кункина